Частицы мощей в Ильинском храме.

Во время освящения Ильинского храма д. Б. ивановское в основание Престола были помещены частицы мощей новомученников. Это священномученники Константин Голубев, Александр Смирнов и Федор Ремизов. Кто же эти святые? Публикуем их жития для наших читателей, будем вам рады в храме Илии Пророка!

 

 

Священномученик Константин Богородский родился в 1852 г. в Саратовской губернии в семье псаломщика. Окончив семинарию, он стал миссионером.

Многих удержал он своими беседами от ухода в раскол или секты, утвердил в Православии и наставил в истинной вере. В марте 1895 г. Константин Голубев был рукоположен во священника и определен на протоиерейскую вакансию к Богоявленскому собору в Богородске. Протоиерей Константин был бессменным настоятелем Богоявленского собора двадцать три года, и за это время стал подлинным духовным отцом православных жителей города. Деятельность его была разнообразна. Он особенно заботился о духовном просвещении народа, преподавал в церковно-приходской школе, открыл и школу для женщин, состоял в комитете народной трезвости, окормлял заключенных, успешно продолжал миссионерскую деятельность, не оставлял и забот о благолепии храма.
В 1918 г. отец Константин был арестован и без суда и следствия приговорен к смертной казни. Мучители нанесли ему рану и еще живым закопали в землю. Вместе со священником были убиты женщина, бесстрашно его защищавшая, и молодой красноармеец, отказавшийся участвовать в убийстве, — как говорят, крещенный в детстве отцом Константином. Много лет место казни священномученика почиталось верующими жителями Богородска, туда приносили цветы, иконы и свечи, служили панихиды. Память об отце Константине дошла до нашего времени.

В 1996 г. он был канонизирован как местночтимый святой Московской епархии, а в 2000 г. — прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания. Замечено, что сщмч. Константин особенно помогает тем, кто, как и он, трудится на ниве духовного просвещения народа и борьбы с ересями и сектами.
В 1995 г. Богоявленский собор находился в руках захвативших его раскольников, поэтому обретенные мощи были положены в соседнем Тихвинском храме. Вскоре после обретения мощей сщмч. Константина (много лет бывшего настоятелем собора) и прославления его как местночтимого святого Московской епархии многолетнее судебное разбирательство по поводу незаконного захвата Богоявленского собора раскольнической группой бывшего архимандрита Адриана (Старины) сдвинулось с мертвой точки.
Осенью 1997 г. удалось вернуть Богоявленский собор Русской Православной Церкви. Знаменательно, что первое богослужение в возвращенном храме было совершено в день памяти священномученика Константина — 2 октября.


В 2004 г. день памяти святого ознаменовался особенным духовным торжеством — перенесением честных мощей священномученика Константина и с ним убиенных из Тихвинского храма в Богоявленский собор. По благословению митрополита Ювеналия торжества возглавил архиепископ Можайский Григорий.

 

 

Отец Алек­сандр Смир­нов и отец Фе­о­дор Ре­ми­зов бы­ли свя­щен­ни­ка­ми двух, рас­по­ло­жен­ных в по­лу­вер­сте друг от дру­га церк­вей се­ла Вы­ше­го­род Ве­рей­ско­го уез­да Мос­ков­ской гу­бер­нии. Эти пас­ты­ри жи­ли и слу­жи­ли ря­дом, и пре­тер­петь му­че­ни­че­скую кон­чи­ну им до­ве­лось вме­сте.


Свя­щен­но­му­че­ник Алек­сандр ро­дил­ся в 1875 го­ду в се­мье по­чет­но­го граж­да­ни­на Ва­си­лия Смир­но­ва. В 1898 го­ду Алек­сандр Ва­си­лье­вич окон­чил Мос­ков­скую Ду­хов­ную се­ми­на­рию и по­сту­пил за­ко­но­учи­те­лем в цер­ков­но­при­ход­скую шко­лу в се­ле Кругли­но Дмит­ров­ско­го уез­да Мос­ков­ской гу­бер­нии. В 1903 го­ду он был ру­ко­по­ло­жен во свя­щен­ни­ка в Кре­сто­воз­дви­жен­ской церк­ви се­ла Вы­ше­го­род Ве­рей­ско­го уез­да. Храм был по­стро­ен в 1754 го­ду тща­ни­ем гра­фа Алек­сандра Ива­но­ви­ча Шу­ва­ло­ва. В 1913 го­ду ста­ра­ни­я­ми мест­но­го по­ме­щи­ка Шлип­пе при хра­ме был вы­стро­ен дом для пса­лом­щи­ка, а свя­щен­ник жил в по­ме­ще­нии, при­над­ле­жав­шем то­му же по­ме­щи­ку, бес­плат­но. Храм на­хо­дил­ся в че­тыр­на­дца­ти вер­стах от го­ро­да Ве­реи и по­лу­вер­сте от Ри­зо­по­ло­жен­ской церк­ви. У при­хо­да бы­ла цер­ков­но­при­ход­ская шко­ла в де­ревне Па­но­во и зем­ская шко­ла в де­ревне Сот­ни­ко­во.
В 1903-1904 го­дах отец Алек­сандр был за­ко­но­учи­те­лем в Сот­ни­ков­ской зем­ской шко­ле, а с 1904 го­да – за­ко­но­учи­те­лем и за­ве­ду­ю­щим Па­нов­ской цер­ков­но­при­ход­ской шко­лой. В фев­ра­ле 1911 го­да он был из­бран чле­ном бла­го­чин­ни­че­ско­го со­ве­та.
За про­сто­ту в об­ра­ще­нии и ми­ло­сер­дие отец Алек­сандр был лю­бим сво­и­ми при­хо­жа­на­ми. Ко­гда ко­му-ни­будь из них тре­бо­ва­лась по­мощь, он ока­зы­вал ее про­сто и без со­мне­ний. Неукос­ни­тель­но ис­пол­нял цер­ков­ный устав, не до­пус­кая со­кра­ще­ний или от­ступ­ле­ний в служ­бах, за что поль­зо­вал­ся боль­шим ува­же­ни­ем ста­ро­об­ряд­цев, ко­то­рых мно­го то­гда жи­ло в этом уез­де. Был на­де­лен от Бо­га кра­си­вым и силь­ным го­ло­сом, так что цер­ков­ное на­чаль­ство не раз хо­те­ло пе­ре­ве­сти его в Моск­ву в один из со­бор­ных хра­мов.
В 1918 го­ду со­вет­ская власть из­да­ла де­крет об от­де­ле­нии Церк­ви от го­су­дар­ства, по­доб­ный ан­ти­хри­сти­ан­ским эдик­там язы­че­ских им­пе­ра­то­ров Ри­ма, ста­вив­ших сво­ей це­лью уни­что­же­ние Церк­ви. Де­крет со­вет­ской вла­сти за­пре­щал лю­бую фор­му про­по­ве­ди, что под­ра­зу­ме­ва­ло да­же и но­ше­ние свя­щен­ни­ком ря­сы вне хра­ма. Кое-где угро­за­ми при­нуж­да­ли свя­щен­ни­ков из­ме­нить свой об­лик и, бы­ва­ло, за непод­чи­не­ние уби­ва­ли.
Мест­ные вла­сти по­тре­бо­ва­ли и от от­ца Алек­сандра, чтобы он пе­ре­стал хо­дить по се­лу в ря­се и остриг во­ло­сы. По­сле со­ве­та со сво­им стар­цем-свя­щен­ни­ком отец Алек­сандр ска­зал, что ни­ко­гда не под­чи­нит­ся без­за­кон­но­му рас­по­ря­же­нию и не от­ка­жет­ся от об­ли­ка пра­во­слав­но­го пас­ты­ря.
В Ве­рей­ском рай­оне осо­бой же­сто­ко­стью от­ли­чал­ся то­гда ми­ли­ци­о­нер Му­же­ров. Воз­му­щен­ные его зло­дей­ства­ми кре­стьяне, не най­дя на него упра­вы у мест­ных на­чаль­ни­ков, уби­ли его. В от­мест­ку из Моск­вы был по­слан от­ряд ка­ра­те­лей-ла­ты­шей чис­лом в пять­де­сят всад­ни­ков, ко­то­рые долж­ны бы­ли же­сто­ко­стью каз­ней устра­шить кре­стьян. Од­на­ко не толь­ко кре­стьян они со­би­ра­лись каз­нить, но и всех свя­щен­ни­ков, ко­то­рых удаст­ся за­хва­тить. И толь­ко от­ре­че­ние от Бо­га мог­ло спа­сти жизнь.
Свя­щен­но­му­че­ник Фе­о­дор ро­дил­ся в се­мье свя­щен­ни­ка Ни­ко­лая Ре­ми­зо­ва. Он был ру­ко­по­ло­жен во свя­щен­ни­ка в Ри­зо­по­ло­жен­ской церк­ви се­ла Вы­ше­го­род Ве­рей­ско­го уез­да Мос­ков­ской гу­бер­нии. Де­ре­вян­ная цер­ковь бы­ла по­стро­е­на в 1791 го­ду гра­фи­ней Ека­те­ри­ной Алек­сан­дров­ной Го­ло­ви­ной, урож­ден­ной Шу­ва­ло­вой. В хра­ме бы­ло два пре­сто­ла: один во имя По­ло­же­ния ри­зы Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, дру­гой – во имя бес­среб­ре­ни­ков и чу­до­твор­цев Кос­мы и Да­ми­а­на. До­мов для свя­щен­ни­ка и пса­лом­щи­ка не бы­ло, и они жи­ли в на­ем­ных сы­рых и хо­лод­ных кре­стьян­ских из­буш­ках. По­ме­ще­ния эти, как со­об­ща­ют об этом кли­ро­вые ве­до­мо­сти, бы­ли ни­же вся­кой кри­ти­ки, но «за неиме­ни­ем дру­гих сво­бод­ных при­хо­ди­лось при­чту с се­мей­ства­ми ютить­ся в та­ких». До 1917 го­да в Ри­зо­по­ло­жен­ском хра­ме слу­жил брат от­ца Фе­о­до­ра, свя­щен­ник Алек­сандр Ре­ми­зов. У них с же­ной Алек­сан­дрой Еме­лья­нов­ной бы­ло ше­сте­ро де­тей; жить се­мье бы­ло негде, и отец Алек­сандр пе­ре­вел­ся на дру­гой при­ход, а на его ме­сто при­шел слу­жить его брат, у ко­то­ро­го де­тей не бы­ло.
14 но­яб­ря 1918 го­да в се­ле от­ме­чал­ся пре­столь­ный празд­ник – па­мять бес­среб­ре­ни­ков и чу­до­твор­цев Кос­мы и Да­ми­а­на, на ко­то­рый съе­ха­лось ду­хо­вен­ство и ми­ряне со всей окру­ги. По­сле ли­тур­гии, мо­леб­на и об­щей тра­пезы свя­щен­ни­ки разъ­е­ха­лись по при­хо­дам.
В тот же день, бли­же к ве­че­ру, в рас­по­ло­жен­ную ря­дом с Вы­ше­го­ро­дом де­рев­ню Но­вая Бо­ри­сов­ка въе­хал во­ору­жен­ный от­ряд ла­ты­шей. По пу­ти им по­встре­чал­ся цер­ков­ный сто­рож, и они за­ру­би­ли его.
Кре­стьяне, за­по­до­зрен­ные в убий­стве ми­ли­ци­о­не­ра, бы­ли без вся­ко­го су­да каз­не­ны.
Узнав, что отец Алек­сандр до­ма, ка­ра­те­ли по­сла­ли к нему фельд­ше­ри­цу, чтобы она при­гла­си­ла его в сель­со­вет.
– За­чем я пой­ду? – пря­мо и про­сто от­ве­тил свя­щен­ник. – Я ни в чем пе­ред вла­стью не ви­но­ват.
– Как хо­ти­те, – от­ве­ти­ла та и ушла, но в го­ло­се ее про­зву­ча­ла угро­за.
Же­на от­ца Алек­сандра со стар­шей до­че­рью Еле­ной ре­ши­ли са­ми пой­ти к сель­со­ве­ту, чтобы по­смот­реть, что там про­ис­хо­дит. В до­ме оста­лись лишь свя­щен­ник и его че­ты­рех­лет­ний сын Алек­сандр. Вско­ре раз­дал­ся гром­кий стук в дверь.
Отец Алек­сандр от­крыл, и сра­зу же дом на­пол­нил­ся во­ору­жен­ны­ми ла­ты­ша­ми. Они по­тре­бо­ва­ли:
– Со­би­рай­тесь, вас вы­зы­ва­ют к на­чаль­ни­ку.
– Я не мо­гу по­ки­нуть дом, где оста­ет­ся толь­ко ма­лень­кий маль­чик, – от­ве­тил свя­щен­ник.
– Но на­чаль­ник не мо­жет ждать! – со зло­бою и угро­за­ми при­сту­пи­ли они. И уже са­ми бра­ли и за­жи­га­ли све­чи по­тол­ще.
Де­лать нече­го, да бу­дет во­ля Твоя! По­мо­лив­шись, отец Алек­сандр на­дел но­вую теп­лую ря­су, шап­ку и вы­шел на ули­цу.
Был ти­хий осен­ний ве­чер, недав­но вы­пал пер­вый сне­жок, и из тьмы све­том, сим­во­лом зем­ной чи­сто­ты, раз­ли­ва­лась во­круг бе­лиз­на. Дер­жа го­ря­щие све­чи, па­ла­чи ве­ли от­ца Алек­сандра по на­прав­ле­нию к сель­со­ве­ту, участь его бы­ла ре­ше­на. Как жи­во­го по­кой­ни­ка, пред­на­зна­чен­но­го для по­гре­бе­ния, со­про­вож­да­ло его ко­щун­ствен­ное ше­ствие ис­тя­за­те­лей. Им хо­те­лось над­ру­гать­ся над ним, осы­пать на­смеш­ка­ми, но они не сме­ли, сму­ти­лись, въяве ощу­тив бла­го­дат­ную си­лу иду­ще­го ря­дом свя­щен­ни­ка.
На пу­ти они встре­ти­ли иду­ще­го под кон­во­ем от­ца Фе­о­до­ра, и то­гда свя­щен­ни­кам объ­яви­ли, что они бу­дут сей­час каз­не­ны.
– То­гда на­до по­мо­лить­ся, – ска­зал отец Алек­сандр.
– Мо­лись, – раз­ре­шил на­чаль­ник от­ря­да.
Свя­щен­ни­ки, пре­кло­нив ко­ле­на, ста­ли мо­лить­ся Бо­гу. Бла­жен­на и свя­та кон­чи­на му­че­ни­ков, и све­то­за­рен непо­роч­ный Хри­стов жре­бий. По­лу­чив уве­ре­ние свы­ше о том, что ду­ша его бу­дет удо­сто­е­на му­че­ни­че­ско­го вен­ца, и да­же о бли­жай­шей уча­сти па­ла­чей, отец Алек­сандр ска­зал:
– Я го­тов. Те­перь де­лай­те со мной, что хо­ти­те, но знай­те, что все вы вско­ре по­гиб­не­те.
Толь­ко лишь он это ска­зал, па­лач взмах­нул шаш­кой и рас­сек ему го­ло­ву от пра­во­го вис­ка до те­ме­ни. Свя­щен­ник упал на ко­ле­ни и под­нял ру­ку для крест­но­го зна­ме­ния. По­сле­до­вал вто­рой удар шаш­кой. Но свя­щен­ник был жив. Па­ла­чи вы­стре­ли­ли в го­ло­ву и в шею и два­жды про­ткну­ли жи­вот шты­ком до спи­ны и еди­но­жды по­пе­рек от бо­ка до бо­ка.
Но ди­во! Свя­щен­ник был си­лою Бо­жи­ей жив. Страх на­пал на му­чи­те­лей. И то­гда один из них, по­дой­дя к от­цу Алек­сан­дру вплот­ную, на­нес по­след­ний удар – в серд­це.
По­сле это­го па­ла­чи при­сту­пи­ли к от­цу Фе­о­до­ру, ко­то­рый стал об­ли­чать их в же­сто­ко­сти и убий­ствах. В от­вет они на­ча­ли бить его по ли­цу, и ко­гда он упал, па­лач два­жды вы­стре­лил в него. Од­на пу­ля по­па­ла в ухо, дру­гая – в пле­чо. Отец Фе­о­дор был еще жив, но они не ста­ли его до­би­вать: та­ко­во бы­ло впе­чат­ле­ние от убий­ства без­вин­ных свя­щен­ни­ков, что ка­ра­те­ли спе­ши­ли по­ки­нуть ско­рей ме­сто каз­ни.
Кре­стья­нам в де­ревне они го­во­ри­ли:
– Ну и поп этот Алек­сандр, ни­ко­гда еще та­ких мы не ви­де­ли.
И да­лее рас­ска­за­ли об уча­сти, ко­то­рую он им пред­воз­ве­стил.
Сло­ва от­ца Алек­сандра ис­пол­ни­лись в точ­но­сти. Через несколь­ко дней весь от­ряд ка­ра­те­лей был уни­что­жен под се­лом Ба­ла­ба­но­вым.
Сви­де­те­ля­ми му­че­ни­че­ской кон­чи­ны свя­щен­ни­ков яви­лись некие го­ро­жане, ко­то­рые за­пас­лись в де­ревне про­дук­та­ми и со­би­ра­лись до­мой. За­ви­дев от­ряд ка­ра­те­лей, они спря­та­лись и из укры­тия на­блю­да­ли за про­ис­хо­дя­щим, но как толь­ко ка­ра­те­ли уеха­ли, опро­ме­тью бро­си­лись бе­жать, лишь через неко­то­рое вре­мя рас­ска­зав, как бы­ло де­ло.
На сле­ду­ю­щий день ра­но утром один из мест­ных жи­те­лей при въез­де в Но­вую Бо­ри­сов­ку услы­хал сто­ны. Он слез с ло­ша­ди и уви­дел ле­жа­ще­го на сне­гу от­ца Фе­о­до­ра. Непо­да­ле­ку об­на­ру­жил те­ло от­ца Алек­сандра. Он объ­явил об этом кре­стья­нам, но ко­гда они при­шли, отец Фе­о­дор уже скон­чал­ся.
На тре­тий день со­сто­я­лось от­пе­ва­ние и по­гре­бе­ние свя­щен­но­му­че­ни­ков. На по­хо­ро­ны со­бра­лось мно­же­ство на­ро­да. Сра­зу же по­сле убий­ства вла­сти из бо­яз­ни пе­ред на­ро­дом по­спе­ши­ли при­знать свя­щен­ни­ков неви­нов­ны­ми и при­сла­ли на по­гре­бе­ние сво­их пред­ста­ви­те­лей, ко­то­рые шли сре­ди при­хо­жан с бе­лым зна­ме­нем в знак неви­нов­но­сти му­че­ни­ков.
На де­вя­тый день по­сле кон­чи­ны отец Алек­сандр явил­ся во сне до­че­ри Елене и по­ве­лел ей со­брать остав­ши­е­ся на ме­сте уби­е­ния ко­сточ­ки го­ло­вы, ука­зав ей и са­мо ме­сто. При­мер­но через год по­сле кон­чи­ны он явил­ся сы­ну Алек­сан­дру, оде­тый в ри­зы осле­пи­тель­ной бе­лиз­ны.
В два­дца­тых го­дах дом свя­щен­ни­ка был со­жжен. Из все­го иму­ще­ства уце­ле­ла сре­ди пе­пе­ли­ща лишь фо­то­гра­фия от­ца Алек­сандра, об­го­рев­шая по кра­ям.
Мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ков Алек­сандра и Фе­о­до­ра бы­ли об­ре­те­ны 8 ок­тяб­ря 1986 го­да, и с тех пор все при­бе­гав­шие к мо­лит­вен­ной по­мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ков по­лу­ча­ли ее от ско­рых хо­да­та­ев и за­ступ­ни­ков. Свя­щен­но­му­че­ни­ки Алек­сандр и Фе­о­дор бы­ли про­слав­ле­ны на Ар­хи­ерей­ском Со­бо­ре 2000 го­да.
По бла­го­сло­ве­нию Свя­тей­ше­го Пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го и всея Ру­си Алек­сия II и Вы­со­ко­прео­свя­щен­ней­ше­го мит­ро­по­ли­та Кру­тиц­ко­го и Ко­ло­мен­ско­го Юве­на­лия 20 сен­тяб­ря 2003 го­да мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ков Алек­сандра и Фе­о­до­ра бы­ли по­ме­ще­ны в хра­ме Ка­зан­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри в го­ро­де Ре­уто­ве, где 24 фев­ра­ля 2001 го­да был освя­щен при­дел во имя Со­бо­ра но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских.
Игу­мен Да­мас­кин (Ор­лов­ский)

«Жи­тия но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских ХХ ве­ка Мос­ков­ской епар­хии. Но­ябрь». Тверь, 2003 год, стр. 12-19.

(37)